#5 2020

Японо-корейские отношения в средние века: политика Чосона по отношению к Японии

Чосонский двор согласился с запросом Кана и ограничил торговлю в Пусанпхо и Чепхо, где был размещен флот для охраны. Паспорта, требуемые по новому закону Чосона, выдавались лордами купцов и удостоверяли его разрешение плыть в Чосон. Те, у кого не имелось такого разрешения, не могли входить в этот порт. Впоследствии правительство наложило это портовое ограничение на посланников, которым до этого времени разрешалось заходить в любой порт.

Далее произошли перемены в стратегии Чосона. Поскольку пиратские атаки уменьшились, двор Чосона начал отдавать приоритет регулированию торговли. Его уверенность в безопасности прибрежных вод можно увидеть в решении в 1401 г. возобновить отправку риса из Кенсандо в столицу по воде после использования сухопутных маршрутов в течение двух лет. Далее, Чосон стремился контролировать японцев не только путем поощрения мирных отношении , но и путем привлечения японских лидеров к ответственности за контроль их земляков. Правящему классу Японии было выгодно, чтобы их представительство вело себя должным образом в Чосоне, поскольку явный торговый интерес первых имел место быть. Более того, Чосон начал постепенное внедрение новой системы контроля японских торговцев и посланников. Еще с 1418 г. была введена печать как форма подтверждения подлинности документов. В течение следующих нескольких десятилетии Цусима и другие регионы получили медные печати «тосо» с выгравированными именами, выпущенные королем Седжоном [10, С. 342]. В 1419 г. корейскии двор обратился к японским сюго за помощью в контроле отправки японцев в чосонские порты. Во-первых, Чосон попросил Кюсю тандай выдать разрешения «соге» политическим деятелем и торговцам Кюсю. Однако эта система контроля оказалась неэффективной, так как японцы начали отправлять торговые корабли под видом дипломатических миссии , поскольку они не были ограничены, в отличие от торговли. Спустя тридцать лет после открытия всего южного побережья для торговли, Чосон начал ограничивать количество кораблей, которые японцы могли отправлять каждый год.

Другие правила, введенные в 1420-х г., касались пребывания японцев в Чосоне. Например, в 1421 и 1423 гг., двор ограничил Японию двумя, а затем тремя маршрутами из Кенсандо в столицу. Это было отчасти связано с опасным для населения поведением путешественников. Более поздние правила включали ограничения на количество дней, в течение которых японцы могли путешествовать, а также на то какие товары они могли привезти с собой.

В 1420 г. Чосон выдал деньги Со Садамори, губернатору Цусимы, для контроля японце в в Чосоне. Новая паспортная система появилась в 1426 г. и распространилась на корабли дипломатов, когда ранее действовавшая система паспортов «хангем» применялась только на торговых судах. В 1435 г. Чосон согласился на просьбу Садамори о том, что он один будет нести ответственность за выдачу паспортов «мунин» всем жителям Цусимы, которые хотят торговать с Чосоном. Также к 1425 г. японцы на Кюсю и Хонсю тоже должны были получить эти паспорта в Цусиме. Если они пребывали в Чосоне без данного разрешения, то рассматривались как пираты. В 1438 г. Чосон и Цусима достигли официального соглашения, согласно которому Со имел право выдавать паспорта всем японцам, желающим посетить корейские порты. Даже японцы, имеющие высокие статусы, должны были обращаться к Со, который имел по отношению к ним низкое положение [11, С. 34]. Однако в 1439 г. Чосон сделал исключения для сегуна, некоторых высокопоставленных деятелей в бакуфу и семей Оути и Кикути. Теперь им не нужно было останавливаться в Цусиме по пути в Чосон. В 1443 г. было ограничено количество и размер кораблей, которые глава Цусимы мог отправлять в Чосон каждый год. Он следил за большей частью японской торговли с Чосоном и пользовался этой привилегией, о чем свидетельствует большое число отправки кораблей в Чосон.

Двор Чосона награждал торговыми привилегиями тех, кто был способен сохранять контроль над пиратами, и постепенно включил в свою систему пограничной безопасности через печати и паспорта, и предоставил им полномочия по выдаче разрешении на въезд в Чосон. Такие привилегии создали интерес к поддержанию мирных торговых отношении с Чосоном. Таким образом, политика чосонского двора постепенно перешла от обеспечения безопасности южного прибрежного района к поддержанию этой безопасности и пограничному контролю. Более того, двор все больше полагался на японцев за наблюдением их особых отношении с Чосоном.

7 — 2020
Автор:
Мухаметзянов Рустем Равилевич, к.и.н., доцент, Хасанова Анита Раиловна, студент, Кафедра алтаистики и китаеведения, Казанский (Приволжский) федеральный университет